Нью-Йорк, 1980-е. Винсент — кукольник и автор популярного детского телешоу — пытается разыскать сына, который пропал по дороге в школу. Однажды он находит рисунки мальчика, на которых изображено сказочное существо Эрик. Отчаявшийся отец становится одержим мыслью, что стоит показать Эрика по телевизору — и малыш вернется. Исчезновение ребенка обнажает накопившиеся проблемы в семье Винсента – в его отношениях с женой, с родителями. Он теряет работу и стремительно катится вниз – наркотики, алкоголь, бродяжничество, галлюцинации. Эрик сопровождает его как альтер эго – то ли помогая в поисках, то ли подталкивая еще ближе ко дну.
Это не первая роль Бенедикта, связанная с семейными травмами – в 2018 году на экраны вышел сериал «Патрик Мелроуз», одно из самых страшных кинопроизведений, посвященных демонам, которые прячутся за дверями благополучных домов. К сожалению, сравнение двух работ окажется не в пользу «Эрика».
Новый мини-сериал кажется пособием для начинающего психотерапевта: простые ответы на сложные вопросы, аккуратно причесанный happy end. Родители ссорятся – и ребенок пропадает, родители богаты и успешны – и Винсент страдает от их холодности, уходит в зависимости и агрессию. Не пытайтесь сохранить семью просто ради формальностей. Учитесь начать жить заново после потери близкого человека. Будьте настойчивыми в достижении цели.
Даже самоотверженная игра Бенедикта не спасает от ощущения, что сериал стал набором психологических штампов и общих мест. Хотя все они верные и правильные, тем не менее без ответа остается вопрос – что нам хотели сказать авторы? «Патрик Мелроуз» устами героя Камбербэтча говорит: «Самые болезненные раны нам наносят близкие люди. Детские травмы неизлечимы. По улицам не бродят единороги». И в данном случае горькая правда выглядит искреннее приглаженной и политкорректной «истины», которую предлагает зрителям «Эрик».
Это не первая роль Бенедикта, связанная с семейными травмами – в 2018 году на экраны вышел сериал «Патрик Мелроуз», одно из самых страшных кинопроизведений, посвященных демонам, которые прячутся за дверями благополучных домов. К сожалению, сравнение двух работ окажется не в пользу «Эрика».
Новый мини-сериал кажется пособием для начинающего психотерапевта: простые ответы на сложные вопросы, аккуратно причесанный happy end. Родители ссорятся – и ребенок пропадает, родители богаты и успешны – и Винсент страдает от их холодности, уходит в зависимости и агрессию. Не пытайтесь сохранить семью просто ради формальностей. Учитесь начать жить заново после потери близкого человека. Будьте настойчивыми в достижении цели.
Даже самоотверженная игра Бенедикта не спасает от ощущения, что сериал стал набором психологических штампов и общих мест. Хотя все они верные и правильные, тем не менее без ответа остается вопрос – что нам хотели сказать авторы? «Патрик Мелроуз» устами героя Камбербэтча говорит: «Самые болезненные раны нам наносят близкие люди. Детские травмы неизлечимы. По улицам не бродят единороги». И в данном случае горькая правда выглядит искреннее приглаженной и политкорректной «истины», которую предлагает зрителям «Эрик».
